представленных суду.
Чайная ложка леди нервно забарабанила по блюдцу.
— Я не понимаю тебя, Теренс. Нед всегда был твоим лучшим другом.
—  Да, он, безусловно, делил со мной все.
—  И ты знаешь, — продолжала она, — что он не убивал Самовала.
— В самом деле? — Взгляд адъютанта несколько оживился. — Как я могу это знать?
—  Ну... как бы то ни было, это знаю я.
Заявление леди, казалось, вернуло О'Мою былую энергичность, за которой таилось нечто ужасное, чего не могла постигнуть его жена.
—  Почему же ты не сказала об этом раньше? — заметил он. — Как ты можешь знать? Что тебе известно?
— Я уверена, что он не убивал.
—  Допустим. Но что вселяет в тебя подобную уверенность? Ты располагаешь какими-то сведениями, которые до сих пор не сообщила?
Сэр Теренс увидел, как под его горящим взглядом румянец сошел со щек жены. Значит, она все-таки не окончательно потеряла стыд, и ее наглость имеет свои границы.
— Какие у меня могут быть сведения? — неуверенно промолвила она.
—  Вот это я и спрашиваю.
Леди О'Мой удалось взять себя в руки.
—  Я располагаю теми же сведениями, что и ты, — заявила она. — Я