Глава четырнадцатая
Защитник
Не думаю, чтобы кто-нибудь из четырех главных действующих лиц происходящей трагикомедии, исключая, быть может, ее милость, крепко спал этой ночью в Монсанту. У каждого были свои волнения. О Сильвии нам уже все известно. Мистера Батлера беспокоила нога, и боль от вновь открывшейся раны не дала бы ему заснуть, даже если бы этого не сделала тревога о своем ближайшем будущем. Что касается сэра Теренса, то это был наиболее прискорбный случай из всех. Всегда идущий по жизни честно и прямо, он внезапно обнаружил, что встал на путь отвратительного и позорного двуличия с целью уничтожить другого человека. И пусть оскорбление, нанесенное ему этим другим, было гнусным и непростительным, пускай оно являлось предательством,  отомстить за которое в полной мере можно было лишь таким же предательством, все равно эти соображения не могли успокоить протесты чувства самоуважения адъютанта.
Однако, в итоге страстное желание отомстить одержало верх. Подлость капитана Тремейна привела его в смертельную ловушку, и сэр Теренс предвкушал тот целительный бальзам, каким станет для